«АНТИГОНА»

«АНТИГОНА» (΄Αντιγονη) — трагедия Софокла. Поставлена, по-видимому, в 442 г. до н.э. (датировка основывается на данных традиции, в соответствии с которыми восхищенные трагедией граждане Афин вручили поэту командование эскадрой против вос­ставших самосцев). Миф о дочери фиванского царя Эдипа, похоронившей брата, не был новостью на афинской сцене. Антигона фигурирует в трагедии Эсхила «Семеро против Фив», чья финальная сцена предвосхищает один из конфликтов софокловской драмы: сестра Антигоны Йемена отправляется с те­ лом погибшего за Фивы Этеокла, а сама Антигона сопровождает тело возглавившего поход против отечества Полиника. Однако по своей проблематике произведение Софокла совершенно самостоятельно, и мифологическая канва с неслыханной силой и глу­биной используется для разрешения конфликта между двумя стихиями человеческой жизни: неписа­ными и незыблемыми законами богов и человече­ским правом.

Композиция трагедии, казалось бы, не оправды­вает такого названия: антагонист главной героини, обрекающий ее на казнь, Креонт присутствует перед зрителем намного дольше; для того, чтобы создать «эффект присутствия» и уравновесить образ царя образом героической ослушницы, потребовалось все выдающееся мастерство Софокла. Самопожертвова­ние Антигоны оттеняется нерешительностью ее сес­тры (как и в «Электре», где главной героине противо­поставлена робкая Хрисофемида). Ядром трагедии становится спор между правителем и Антигоной, где конфликт проявляется с наибольшей откровенно­стью, и Креонт, высказывающий многодельного, но ошибающийся в главном, вынужден, оттолкнув от себя близких и народ, ступить на узкий путь произ­вола и беззакония, по которому упрямство ведет его к катастрофе — потере сына и жены.

В античности Антигона не оказала заметного вли­яния на позднейшую литературу (по крайней мере по сравнению с наиболее знаменитыми трагедиями Еврипида). Традиция восприятия знаменитой драмы в новое время поражает своей пестротой: один из наиболее видных теоретиков французского класси­цизма Ж.-Ф.Лагарп удивлялся, почему в трагедии отсутствует любовная интрига: по его мнению, из взаимоотношений Антигоны и ее жениха Гемона французский драматург сделал бы не одну прекрас­ную сцену. Шарлотта Корде у Андре Шенье пере­кликается с Антигоной. А.-В.Шлегель — один из виднейших критиков немецкого романтизма — вос­хищается цельностью героической натуры, с досто­инством которой не согласуется попытка сохранить жизнь и «счастливый конец»; он считал, что одного этого произведения достаточно, чтобы положить конец банально-слащавым представлениям об ан­тичности. Гегель усматривает в трагедии борьбу рав­ноправных начал — родственного долга и ответст­венности перед государством; поэтому в его глазах Антигона и Креонт являются в равной степени тра­гическими образами. Известный русский философ Г.Федотов видит в Антигоне единственное, проявле­ние человеческой свободы в античности (которой, как он полагал, в настоящем смысле слова эта эпоха не знала). Ф.Ф.Зелинский осуществляет смелую ре­ конструкцию, согласно которой прообразом пьесы Софокла послужили «Элевсинцы» Эсхила, где Тезей и Геракл уговаривают Креонта простить приго­воренную к смерти фиванскими старейшинами де­вушку, и трагедия оканчивается браком Антигоны и Гемона. Он же справедливо высказывается о тради­ции: «Антигона много и много раз была ведена на смерть, не только на городских площадях и в госу­дарственных темницах, но, что еще хуже, — и в тихих умственных лабораториях мыслителей и писателей». Доказательством справедливости этих слов может служить восприятие софокловской драмы в XX в.: Жак Деррида, например, так пишет о героине Со­фокла: «Беспомощная в своем действии, она возвра­щается в пропасть, к аду и подземному миру, ко­торый есть, по существу, ее собственное место. Она — фигура падения, упадка, она движется вниз и ув­лекает за собой всю семью…». В.Н.Ярхо усматривает в конфликте трагедии предугаданное задолго до кри­зиса противоречие между индивидуальностью, ко­ торой предоставила свободное поприще для деятель­ности афинская демократия, и интересами госу­дарства, на которые покушается индивидуальность (с чем можно согласиться, если искать в трагедии со­циальную подоплеку). Одна из знаменитейших ре­минисценций произведения Софокла в XX в. — од­ноименная пьеса Ж.Ануя (1942 г.).

Лит.: Боннар А. Обещание Антигоны // Боннар А. Греческая цивилизация. Ростов-на-Дону, 1994; Gilberte Ronnet Sophocle poète tragique. Р., 1969;Derrida Jacques. Glas. Р., 1974;Rohdich H Antigone: Beitrag einer Theori des sophokleischen Helden. Heidelberg, 1980; Steiner George. Antigones. Oxford, Clarendon Press, 1986.

А.И.Любжин